В современном мире, где подростки сталкиваются с различными вызовами и стрессами, роль школьных психологов и телефонов доверия становится более значимой. В интервью корреспонденту Toppress.kz специалист в области отношений и поведенческого анализа Центра психологического исследования «Доверие» Людмила Должикова рассказала о том, какую роль играют данные институты в предотвращении суицидальных мыслей среди подростков.
– Откуда у подростков появляются мысли о суициде?
– По данным ВОЗ, основную причину подобного поведения нужно искать в семье. Считается, что подобные мысли зарождаются у детей из неблагополучных семей. Но это не всегда так. Семьи могут быть вполне благополучны и обеспечены, но родители могут быть слишком строгими, либо могут быть в разводе, от чего дети испытывают определенный дискомфорт. И тогда они вступают в опасные группы, так как основным критерием данного поведения является отсутствие эмоционально близкого взрослого. Первые – это родителя, вторые – педагоги, которые могли бы заметить изменения, и для начала просто поговорить с ребенком. Часто дома и в школе от ребенка требуют результатов образовательного характера. А понять, что происходит с ребенком мало кто пытается. Также причинами могут смерть близкого человека, несчастная любовь, ранняя беременность, депрессивное состояние, жертвы любого вида насилия, дети, которые имеют какие-то особенности внешности. Также, если в семье в анамнезе был суицид – это тоже идет как критерий группы риска.
– Как дети и подростки решаются на такой шаг?
– Бывают случаи, когда подросток предпринял серьезную попытку суицида. Но это решение было принято не сразу. Ребёнок начинает с самоповреждения, царапает себе руки и ноги, потом уже делает более глубокие порезы. А потом в голову приходит невзначай причинить себе непоправимый вред.
– Можете прокомментировать вопрос, касательно школьных психологов?
– Школьные психологи, в принципе, работают. Но здесь есть и свои сложности. Родители ребенка, который пытался предпринять попытку суицида, вряд ли пойдут к школьному психологу. Они обратятся к частным специалистам, чтобы в школе никто ничего не узнал. Ими могут руководить страх или чувство вины, потому что это они виноваты и не доглядели. Потому что школьные психологи в любом случае вынуждены поставить в известность о таких случаях администрацию школы, затем будут беседы с родителями и все равно все дороги будут вести к частному специалисту. А что касается самого подростка, в моей практике, именно по самочленовредительству, ни один ребенок сам не обращался за помощью к школьному психологу.
– Есть ли государственные работающие программы по борьбе и профилактики попыток суицида среди детей и подростков?
– Существует телефон доверия – 150. Туда обычно звонят и обращаются с различными проблемами. И многим это помогает. Этот способ можно назвать рабочим, так как обычно ребенок стыдится или боится приехать и показать себя. А телефонный разговор чуть больше помогает получить от ребенка больше информации касательно его проблемы. Мы тоже практикуем беседы по телефону без видео. В телефонном разговоре отслеживаются интонация, паузы, использование определенных слов. И уже на основе этого выстраивается диалог, и даются рекомендации о том, что делать дальше.
В заключении хотелось бы отметить, что слишком подавленное или наоборот слишком повышенное настроение, переедание или голодание, порезы, накручивание или выдергивание волос, смена одежды на мешковатую или с чересчур длинными рукавами, появление конфликтов дома или со сверстниками – все это может показать вам, что пора побеседовать с ребенком. Конечно, возможно, он просто сменил имидж, но лучше перестраховаться и попробовать понять, что творится на душе у подростка.
