Редакция Toppress.kz продолжает серию интервью с творческой молодежью Казахстана. Сегодня мы расскажем вам о молодой художнице Луизе Джапкаевой, которая к двадцати годам отточила свое мастерство в работе с разными материалами и техниками, и уверенно чувствует себя как в скетчах, так и в масляной живописи. Мы уверены, что Луизу ждет большое будущее, а пока – самое время ближе с ней познакомиться.
– Луиза, позвольте начать с такого вопроса: девушку с Вашим именем редко можно встретить в Казахстане. Кто Вам его дал, если только оно не псевдоним?
– Дали родители. Я чеченка по отцу, и у нас это имя распространено.
– Со скольки лет вы рисуете и с чего начинали?
– Рисую с раннего детства. Как впервые мне дали карандаш в руки, так до сих пор и не выпускаю его.
– Какой была Ваша первая большая работа?
– Первой большой работой была моя дипломная картина на тему балета.
– Ваш ник в Instagram – louieaugust. Можете рассказать, почему?
– Луи — сокращение моего имени, а август — месяц рождения.
– Чем Вас привлекает создание скетчей?
– Скетчи или проще говоря – зарисовки, являются неотъемлемой частью творчества. "Привлекают" – не совсем то слово, скорее, они просто необходимы. Постоянно делая зарисовки, художник держит себя в тонусе, учится работать быстро и схватывать самое главное. Позже из накопившихся набросков может родиться целая композиция.
– А картины маслом или акварелью? Требуется ли для каждого направления какое-то особое настроение?
– Нет, дело не в настроении. Для меня выбор материала диктуют условия и сама задача.
– Какую мысль Вы хотели бы донести своими работами? Есть ли у Вас конечная большая цель?
– Не думаю, что большинство предметов искусства сделаны с целью донести какую-то мысль. В первую очередь художник пишет потому, что не может не писать, это в его природе. Какую бы мысль я не заложила в определенную работу, сознательно или нет, зритель все равно увидит лишь то, чему он открыт и что он в состоянии воспринимать. Говорить о какой-то конечной большой цели в свои двадцать лет я не с состоянии. Я просто делаю то, что люблю и стараюсь делать это хорошо.
– Сальвадор Дали писал: "Мое собственное творчество кажется мне большим несчастьем". А чем является Ваше творчество лично для Вас?
– Большим счастьем.
– Чем Вас привлекает пленэр?
– Пленэр в моем понимании так же необходим, как и зарисовки. На воздухе художник работает с естественным освещением, имеет возможность взяться за новые сюжеты (согласитесь, "Завтрак на траве" Эдуара Мане без, собственно, травы, вышел бы ненатурально), или раскрыть старые сюжеты по-новому. Пленэр за счет ограниченности по времени позволяет схватить самое первое впечатление и не оставляет возможности солгать.
– Известно, что пленэр очень любили импрессионисты, и некоторые – Ваши картины очень похожи на их полотна. Одна из них и вовсе напомнила мне "Кувшинки в Живерни" Клода Моне. Согласны ли Вы с этим?
– Мотив мы с ним выбрали похожий, но исполнение я нахожу слишком разным.
Клод Моне "Кувшинки в Живерни"
– В силах ли искусство изменить этот мир?
– Меняет постоянно, я считаю.
– Повлияли ли на Вас какие-либо художники?
– Да, и очень многие. Они влияют на разных уровнях: кто-то учит замечать поэзию в обыденности, кто-то учит смотреть шире, а кто-то показывает жизнь с новой стороны, что тоже безусловно меняет восприятие. Но если вас интересует, подражаю ли я кому-нибудь, то нет.
– Что важнее в картине – связь с реальностью или заложенная идея, пусть она даже абсолютно ирреальна?
– На мой взгляд, в картине, как и в любом созидательном процессе, должна быть любовь. Если она присутствует, не заметить ее невозможно, а значит и остаться равнодушным тоже.
Фотографии из личного архива Луизы Джапкаевой
