Мировая экономика вступает в фазу, когда доступ к критически важным минералам все больше определяет промышленное лидерство, технологический суверенитет и геополитическое влияние. От электромобилей и ветряных турбин до полупроводников, искусственного интеллекта и оборонных систем – все современные отрасли опираются на узкую группу ресурсов, чьи цепочки поставок остаются уязвимыми, высоко концентрированными и политически чувствительными, сообщает Toppress.kz.
Правительства и бизнес стремятся снизить зависимость от поставщиков-монополистов, и их внимание смещается к странам, способным не только добывать сырье, но и встраиваться в цепочки поставок с большей добавленной стоимостью. Казахстан – одна из таких стран, которая делает шаги в этом направлении.
Почему критически важные минералы важны именно сейчас
Критические минералы существенно отличаются от традиционных сырьевых товаров. Многие из них не добываются как самостоятельный продукт, а извлекаются в качестве побочного компонента при разработке других руд. Кобальт, висмут и олово часто сопутствуют медным месторождениям, сурьма добывается вместе с золотом или свинцом, а индий в основном является побочным продуктом цинковой промышленности. В результате предложение этих минералов крайне чувствительно к изменениям в смежных отраслях добычи, что делает их доступность трудно прогнозируемой.
По данным Международного энергетического агентства, в 2023 году мировой рынок минералов, критически необходимых для энергетического перехода, достиг около 325 млрд долларов США. Хотя по объему он сопоставим с рынком железной руды, он составляет менее 5% масштаба нефтегазового сектора. Цены на такие материалы подвержены резким колебаниям, отражая сбои в поставках, технологические сдвиги и изменения в государственной политике.
При этом спрос растет стремительно. Только проекты в сфере ветроэнергетики используют не менее 18 критически важных минералов, а солнечная энергетика – минимум 15. Производство полупроводников требует кремния, галлия и германия, а также палладия, иридия, кобальта, титана и меди на разных этапах технологического процесса. Самым быстрорастущим источником спроса остаются электромобили: в 2024 году их мировые продажи достигли 17,1 млн единиц, а спрос на минералы, связанные с их производством, может вырасти с менее чем 2 млн тонн в 2020 году до более чем 30 млн тонн к 2030 году.
Концентрированный глобальный рынок
Несмотря на стратегическую значимость, глобальные цепочки поставок редкоземельных элементов остаются крайне концентрированными. Китай контролирует более 70% мировой добычи и почти 90% мощностей по переработке, а также располагает передовыми технологиями рафинирования. Многие из этих материалов подпадают под экспортные ограничения, что делает мировые рынки уязвимыми к повторяющимся шокам предложения.
Казахстан же на этом фоне начинает играть более заметную роль на мировых рынках сырья. На страну приходится более 40% мировой добычи урана, она входит в десятку крупнейших производителей меди, занимает девятое место по запасам цинка и также входит в топ-10 стран по запасам бокситов. Казахстан занимает 14-е место в мире по запасам золота и обеспечивает около 4% глобального производства серебра.
В последние годы все больше внимания привлекает потенциал страны в сфере редкоземельных элементов. Новые геологические оценки указывают на существенный рост их прогнозных запасов. Только в Карагандинской области оценочные ресурсы достигают 28,2 млн тонн, что в случае подтверждения может вывести Казахстан на второе место в мире.
От добычи к реализации потенциала
Но одного лишь изобилия ресурсов сегодня недостаточно. Важно и реализовать этот потенциал через масштабирование геологоразведки, подготовку квалифицированных кадров, привлечение финансирования и ускоренное создании перерабатывающих мощностей.
Движение в этом направлении уже намечено. Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев определил редкие и редкоземельные металлы как стратегический приоритет, поручив правительству в течение трех лет запустить не менее трех высокотехнологичных перерабатывающих предприятий. Эти задачи закреплены в Комплексном плане развития отрасли редких и редкоземельных металлов на 2024–2028 годы.
Также играет важную роль и частный бизнес. Компании вроде KAZ Minerals показывают, как горнодобывающий сектор Казахстана адаптирует мировой опыт. Являясь одной из ведущих горно-металлургических групп страны, компания известна высокой операционной эффективностью, низкими издержками и способностью реализовывать масштабные промышленные проекты.
На этом фоне становится очевидным, что амбиции Казахстана созвучны глобальному тренду на диверсификацию цепочек поставок критических минералов. Форматы сотрудничества с США и Европейским Союзом говорят о готовности страны интегрироваться двигаться в этом направлении.
При сохранении текущих реформ и притоке инвестиций Казахстан способен занять устойчивую позицию в глобальных цепочках добавленной стоимости в качестве стратегического партнера в экономике критически важных минералов.
