Нурсултан Назарбаев в эфире телеканала “Хабар” в фильме “Штрихи к портрету. Лидер” рассказал о том, как реагирует на внешние и внутренние попытки дестабилизации в стране, передает Toppress.kz.
– Как вам удалось не допустить терроризма на территории Казахстана?
– В Таджикистане была война религиозная в свое время. Нынешний президент Рахмон в своей столице ходил с автоматом в руке, освобождать надо было. Страшная резня была между двумя религиозными направлениями. Сейчас это продолжается где-то. У нас не было этого, я надеюсь, и не будет. В то же время религиозная свобода у нас полная. Демократия – это когда человек имеет работу, может содержать семью, крышу над головой. Если будет нищета, никакой демократии не будет, будет война.
Точно так же радикальный ислам не допустили люди. Казахи никогда не были радикалами, и почвы не было. Но возникали в Западном Казахстане, в Актюбинске, откуда поехали воевать, потом возвратили многих. Просто оболванили людей, заплатили, увезли. А так крупной почвы для этого у нас не было. Мы никого не ущемляли, ислам возродился.
Сейчас в столице строится крупнейшая мечеть. Она уже вошла в 10 крупнейших мечетей мира. Даст бог, к концу года запустим. Строится не на государственные деньги, а за счет спонсоров, я обратился к бизнесменам. Она станет объектом туризма, как Айя-София.
– Многие ваши политические оппоненты таковыми становились, находясь за пределами Казахстана. Они оттуда говорят, дестабилизируют обстановку. Как вы на это реагируете?
– Трусы. Если ты хочешь говорить, приходи и говори в стране. Если ты убежденный, то все тяготы прими на себя и докажи. Наворовал деньги здесь – это нечестно же. Поэтому я спокойно к этому отношусь. Самое обидное заключается в том, что это люди, которых я поднял с нуля и сделал кого министрами, кого банкирами, кого богатыми. И когда они наворовались, и началась вот-вот проверка, схватят, и они (бегут. – Прим. автора) отсюда.
Все такие. Хоть одного скажите, который нормально взял, переехал и там живет? Нет, все беглые. За них обидно. Предатели, конечно, огорчают.
