Свои пояснения он опубликовал в Telegram-канале ““:
“Вчера должно было состояться первое заседание рабочей группы по рассмотрению петиции об отмене утильсбора. Но не состоялось: авторы отказались зайти в здание министерства без телефонов, так как хотели вести запись и трансляцию. Тот факт, что им готовы были предоставить полную запись и стенограмму, их не успокоил. Сегодня этот вопрос бурно обсуждается, и я его хочу его прокомментировать по пунктам.
Зачем я зашел в рабочую группу?
Я уже давно интересуюсь темой промышленности. На последнем заседании Национального курултая в Атырау перед президентом я выступал с инициативой о повышении статуса работников промышленности через повышение качества технического образования, предоставление льготного жилья и санитарно-курортного лечения. Промышленность – это не только и не столько чьи-то коммерческие интересы, сколько рабочие места для тысяч казахстанцев. Качественные и постоянные, с хорошими зарплатами и социальным пакетом. Здесь стоит вопрос о тысячах рабочих мест работников заводов по производству автомобилей и с/х техники в Караганде, Костанае, Алматы. И я напомню: у нас в стране демографический бум, в год на рынок труда будут выходить от 200 до 300 тыс. новых работников, и если мы не создадим столько качественных рабочих мест, то тогда нас ждет настоящий социальный взрыв. Промышленность всегда нуждается в поддержке – особенно обрабатывающая. Мы ограничиваем рынок и даем развиваться своим предприятиям. Так же делают Китай, Россия, Узбекистан. В те же США вы тоже так просто ничего не ввезете, потому что есть потребности экономики. Но отдельно меня интересует то, как “Жасыл даму” администрирует деньги от утильсбора. Во многом недоверие к госполитике сформировано из-за непрозрачности этих процедур и спекуляциях вокруг этого.
Как сделать рассмотрение петиции более эффективным?
Вчера всё могло пойти по-другому, но Бокаев предпочел сорвать заседание рабочей группы и записать очередное грозное видео. Очевидно, что за одно заседание рабочей группы мы бы ничего не решили – максимум был бы обмен позициями и обсуждение дальнейшего плана действий. В целом авторы петиции могли оставить телефоны, подняться ко всем, кто собрался – экспертам, вице-министрам, депутатам, представителям отрасли, выразить несогласие по принципиальным для него вопросам. Тогда бы Бокаев услышал и наше предложение, депутатов Мажилиса и Сената, о переносе рабочей группы на нейтральную площадку, чтобы были соблюдены все пожелания. Вместо этого случился саботаж, а мы просто непродуктивно потратили время на ожидание. И позиция 50 000 человек, подписавших петицию, тоже не была услышана.
Почему кому-то можно проносить с собой телефон в правительство, а кому-то – нет?
Таков регламент работы государственных органов. Депутаты Мажилиса и вице-министры не оставляют телефоны на входе как избираемые по должности и политические госслужащие. Если бы я был обязан сдать телефон, чтобы пройти на рабочую группу, то обязательно это сделал бы. Это и следование правилам, и уважение к тем, кто собрался. Но в то же время, когда к нам в парламент на совещания приходят сотрудники госорганов ниже рангом, они вынуждены следовать этим правилам. То же и в отношении, допустим, представителей предприятий, которые вчера были на рабочей группе. В то же время Бокаев не мог не знать об этих правилах. Это общеизвестный факт, особенно для тех, кто сам работал на госслужбе.
Но, безусловно, мы ждем продолжение коммуникации на нейтральной площадке и будем надеяться на то, что она будет более продуктивной”.
