Январь будет жарким
Ребрендинг в политике – вещь неоднозначная, а в некоторых случаях – просто вредная. Именно эта мысль приходит в голову после съезда Коммунистической народной партии Казахстана, сделавшего эту весьма симпатичную политсилу просто народной – «Халык партиясы», передает Toppress.kz.
Вышли мы все из народа…
Секретарь партии по статусу и лидер по факту, депутат мажилиса Айкын Конуров в своем выступлении на почему-то закрытом для любых посторонних глаз съездеобъяснил переименование не слишком убедительно, заявив: «Мы приняли решение о ребрендинге, опираясь на результаты социального запроса населения – нас часто путали с Коммунистической партией Казахстана и еще чаще звучали высказывания, что людей ограничивает слово «Коммунистическая» в названии». К тому же, по его словам, «у людей под воздействием широкой антикоммунистической пропаганды формировалось негативное восприятие».
Во-первых, утверждение о «путании» с коммунистической партией вызывает легкое недоумение, поскольку Коммунистическая партия Казахстана (КПК) исчезла с политического горизонта настолько давно, что сегодня о ней помнят разве что «ядерные» коммунисты еще советской закалки да профессиональные политологи. В массовом же сознании именно КНПК закрывала весь левый фланг казахстанской политики. Не случайно в разговорной речи представителей этой партии чаще всего именовали «красными». Партийные цвета двух других парламентских сил – партий NurOtan и «Ак жол» – «государственный» лазорево-желтый и «демократический» синий – тоже исключали всякую путаницу.
Во– вторых, теперь партия с новым названием и прежним – социалистическим содержанием, став просто Народной, взваливает на себя слишком тяжкую ношу. В самом деле, народ – это ведь не одни только «рабочие и крестьяне» – традиционно благодатная для «проповедников» социализма (или, как в духе времени выразился товарищ Конуров, «техносоциализма») аудитория. Народ – это и худо-бедно существующий в нашей стране средний класс, и мало-средний бизнес, иполицейские с военными, да и крупная буржуазия – тот же народ. По большому счету, единственный теоретически антагонистичный народу слой населения-власть. Да и то этот социальный слой по объективным причинам узок и малочислен.Неужто новоиспеченная Народная партия готова представлять интересы четырех пятых населения Казахстана – зачастую диаметрально противоположенные? Такая задача, к слову, по силам только государству – и то не каждому Даже в миллионной NurOtan, традиционно именуемой в народе «партией власти», собственно чиновников около процента. Остальные – тот же народ: бюджетники преимущественно. Оставим за скобками этих заметок не слишком продуктивные рассуждения о том, как попал этот народ в «партию власти» и что он там делает. Но ведь с позиций формальной логики это тоже Народная партия (к слову, она позиционирует себя именно как народно-демократическая партия центристского толка). Но у кого, кроме самых вышколенных «солдат партии», хватит духу утверждать, что она представляет интересы ВСЕГО народа страны?
К тому же, цели и задачи «Халык партиясы», изложенные в коротком выступлении ее лидера на съезде, мало чем отличаются от программных установок конкурентов. Доступность образования, обеспечение землей, опережающее развитие сельского хозяйства, а не добычи сырья, налоговая реформа в пользу бедных – вплоть до полной отмены фискальной нагрузки для самых социально незащищенных…Такие же (или подобные) цели, наверняка, обозначат в своих программных документах те же акжоловцы, которые хотя и считаются выразителями интересов крупного бизнеса, последнее время играют на «левой», коммунистической половине поля, призывая то к масштабной кредитной амнистии, то к продолжению выплат госпособий«обнищавшему народу».
Старое вино – в новые мехи?
Вчерашние народные коммунисты очевидно поторопились отказаться от этой пусть и несколько померкшей, но по прежнемупривлекательной для многих «вывески», не отбросив в то же самое время идею «социальной справедливости» и «всеобщего равенства». Они говорят о повышении «налога на богатство, но забывают о том, что попытка увеличить налоговую нагрузку приведет к уходу в тень не только предприятий, но и многих высокооплачиваемых специалистов. Работодатели, чтобы сохранить у себя особо ценные кадры, вынуждены будут платить им часть зарплаты в конвертах – а это прямое нарушение закона.
А как понимать фразу Айкына Конурова: «Каждая семья получит 20 соток земли для строительства дома и домашнего хозяйства»? Это неизбежно приедет к необходимости перекраивать весь земельный фонд страны, а в результате пострадают как аграрии, которых «народники» собираются поддерживать в пику сырьевикам, так и бизнес, работающий на землях несельскохозяйственного назначения – в первую очередь строительный. А строительство – это на сегодняшний день локомотив развития экономики, Именно об этом постоянно говорит президент, и именно на этом, без сомнения, будут строиться программы всех вменяемых партий, идущих в парламент.
Или вот такой пассаж из его доклада :«Нужно провести ревизию и ликвидировать неэффективные национальные компании. Одновременно будем инициировать сокращение дублирующих и неэффективных госпрограмм. Третья задача. Переформатирование работы Правительства и ориентирование его на конечный результат. Мы выстроим жесткую вертикаль власти и обеспечим неукоснительное исполнение государственных решений на местах». Эти мысли как будто взяты из Послания Касым-Жомарта Токаева, только высказаны другими словами. Можно перечитать раздел Послания, озаглавленный «Модернизация государственного аппарата» и убедиться в этом.
Задрав штаны, бежать за «Нур Отаном»
Так зачем же партии, назвавшей себя Народной, подбирать крошки со стола той же Nur Otan? Занятие это, конечно, вполнесоответствует нашим понятиям о политической конкуренции, но выглядит абсолютно бесперспективным. Почему? Да хотя бы потому, что даже самый неискушенный избиратель прекрасно понимает вспомогательную – в лучшем смысле этого слова! – роль парламента в нашей президентской республике. А партии вроде Халыка или Ак жола, как, впрочем, и любые другие политсилы, которым сужденобудет по итогам голосования 10 января преодолеть семипроцентный барьер, будут не более, чем представителями определенных социальных групп, создающими иллюзию разнообразия политического ландшафта.
С этой точки зрения отказ вчерашних «наркомов» от коммунистической «обертки» представляется опрометчивым шагом. Став просто «народными», они рискуют потерять традиционно верный красной идее электорат, не приобретя в то же время новых сторонников. Ибо то, что у нуротановцеввыглядит вполне органично благодаря стоящему за этой партией административному ресурсу, в исполнении халыковцев – не более, чем декларация благих намерений. А ведь в обществе даже сейчас – через три десятка лет после распада СССР – все еще немало ностальгирующих по бывшей родине и ее идеологии. С учетом этого становиться «недоНур Отаном» или «квазиАк жолом» как-то не очень честно по отношению к «ядерному» коммунистическому электорату.
Повторимся, КНПК – при всей ее вторичности – в глазах людей, помнящих еще «руководящую и направляющую» КПСС – партия вполне себе симпатичная. В уходящем мажилисе голоса лидера народных коммунистов и его товарищей – Ирины Смирновой, Галины Баймахановой, Магеррама Магеррамова и других звучали довольно громко и самостоятельно.
Чего не скажешь о тех же «светлопутейцах»Азата Перуашева, политическая «всеядность» которых бросала их то влево (кредитная амнистия), то вправо (Ашаршылык). В то же время, предпринимательский класс, интересы которого «Ак жол» призван отстаивать по определению, не получал от этой партии последовательной политической поддержки. При том, что глава государства едва ли не в каждом своем выступлении подчеркивал: именно предпринимательское сословие, много потерявшее под двойным ударом пандемии и кризиса, должно чувствовать поддержку государства в первую очередь. И не просто говорил, а делал: объявлял налоговые каникулы, моратории на проверки и другие меры поддержки.
Решающая партия?
Тут всплывает очень интересный вопрос: а кто помогал Касым-Жомарту Токаевунащупывать болевые точки бизнеса, проводить нужные предпринимателям новации в правительстве? К удивлению скептиков, в этой роли активно и вполне успешно выступила структура, которую многие до сих пор воспринимали как неизбежное зло – ну, понятно, дескать, под кого создано это «теневое министерство бизнеса»…
И вот теперь выясняется: Нацпалатапредпринимателей «Атамекен» оказалась более эффективным защитником интересов МСБ, чем отвечающие за это правительственные чиновники и «въехавшие» в парламент на этой волне депутаты. Об этом Президент Токаев открыто сказал, выступая 29 октября на 7-ом съезде НПП: «За последние пять лет доля малого и среднего бизнеса в экономике страны увеличилась с 24 % до 32 %. Количество людей, занятых в сфере предпринимательства, выросло на 21 % с 2,8 миллиона до 3,4 миллиона. Сегодня около 40 % занятых работают в малом и среднем бизнесе. Большой вклад в это внесла Национальная палата, которая объединяет государство и бизнес». И добавил: «Национальная палата «Атамекен» успешно защищает права и законные интересы бизнеса, а также активно участвует в реализации государственной политики по поддержке предпринимательства».
Имея такую серьезную «группу поддержки» – чуть меньше половины официально занятого населения страны – и получив, к тому же, очевидную поддержку с самого «верха», НПП буквально через несколько дней отправилось в большую политику, создав из зарегистрированной партии-аутсайдера «Бирлик» (Единство) совершенно новую политическую силу «Адал» (Достоинство).
И теперь главной интригой январских выборов , похоже, станет один вопрос: случится ли в мажилисе 7-го созыва революция «Достоинства» или из борьбы за неохваченный «Нур Отаном» народ победителем выйдет «Халык»»?
А Баба Яга против!
…Интрига эта многим кажется вторичной. Особенно тем, кто причисляет себя к так называемой «внесистемной» оппозиции. “Власть хочет провести лжевыборы, вкоторых нет выборов. У нас нет политических партий, есть только “Нур-Отан“, а остальные партии только его фракции”, – с такой весьма спорной оценкой политического момента выступил на дежурном митинге в Алматы «вождь» незарегистрированной Демократической партии Жанболат Мамай. И призвал сторонников бойкотировать голосование 10 января. Вот так – ни больше, ни меньше!
Но стоит ли серьезно относиться к словам человека, сумевшего вывести на согласованный с властью (!) митинг всего 500 сторонников – и то, по оценке самого Мамая. А ведь у оппозиции, за которой стоит пусть и не самый многочисленный, но тоже народ (его еще принято называть «протестным электоратом») был прекрасный шанс легитимно участвовать в парламентских выборах – под брендом имеющей свидетельство о государственной регистрации Общенациональной социал-демократической партии. На ее плечах могла попытаться «въехать» в парламент даже так называемая «уличная» оппозиция, о которой страна впервые узнала во время прошлогодней президентской кампании. Если бы сегодня это случилось, мы узнали бы главное: есть ли у такой оппозиции реальный конструктивный потенциал, готова ли она помочь стране встать на путь обновления – или только на митингах кричать умеет…
P.S.Совсем скоро – менее, чем через два месяца – мы узнаем, каким будет наш «вспомогательный» парламент. В этом определении нет ничего обидного: ведь Казахстан переживает очень сложный, драматичный период. И любая сила, представленная в депутатском корпусе, получит шанс доказать свою полезность народу – что бы не было написано на ее «вывеске».
