Швейцарский арбитраж, входящий в систему Международной торговой палаты, в июне 2025 года вынес решение по спору между “Газпромом” и “Нафтогазом”. Министр юстиции Казахстана Ерлан Сарсембаев рассказал, имеет ли МФЦА отношение к этому делу и почему Казахстан не может быть площадкой для исполнения арбитражного решения, сообщает Toppress.
– Ерлан Жаксылыкович, в мае суд МФЦА вынес судебный приказ о признании арбитражного решения по делу «Нафтогаза» против «Газпрома». Как вы оцениваете ситуацию?
– Прежде всего, важно понимать процессуальный контекст. Судебный приказ вынесен в одностороннем порядке — без участия ответчика. Это не окончательное решение: оно носит уведомительный характер и не вступило в законную силу. Ответчик вправе в установленный срок (примечание – 14 дней со дня вручения решения) обратиться с заявлением об отмене, после чего состоится полноценное рассмотрение с участием обеих сторон. Говорить о каком-либо исполнении на данном этапе преждевременно.
– Как вопрос юрисдикции суда МФЦА влияет на исполнимость его решения по данному вопросу на территории Республики Казахстан?
– Республика Казахстан не станет транзитной площадкой для исполнения решений, не имеющих с ней правовой связи. Так, правовые механизмы Республики не предусматривают рассмотрение споров, не связанных с ее юрисдикцией, в связи с чем рассматриваемое решение суда МФЦА не будет исполнено на территории Казахстана. Необходимо отметить, что в деле отсутствуют базовые элементы юрисдикционной связи с МФЦА: ПАО «Газпром» не является участником МФЦА, спорная сделка не была совершена в МФЦА, спор не регулируется правом МФЦА, и стороны не заключали соглашение о передаче вопросов признания и исполнения в суд МФЦА. В свою очередь, Конституционный закон «О Международном финансовом центре «Астана» ограничивает юрисдикцию суда МФЦА конкретными категориями споров, связанных с судом МФЦА и переданных ему на рассмотрение по соглашению сторон.
– Какие обстоятельства влияют на исполнение иностранных арбитражных решений в Казахстане?
– Казахстан является участником Нью-Йоркской конвенции 1958 года, согласно которой исполнение иностранных арбитражных решений осуществляется в соответствии с процессуальными нормами государства исполнения. В нашем случае это Гражданский процессуальный кодекс Республики Казахстан, статья 503 которого устанавливает, что заявление о принудительном исполнении подается в суд по месту рассмотрения спора, либо по месту нахождения органа юридического лица, либо если место нахождения неизвестно, то по месту нахождения имущества должника. Местонахождение «Газпрома» известно. Это важный процессуальный ориентир, который не может быть проигнорирован.
– Почему судебный процесс в отношении ПАО «Газпром» возник в суде МФЦА?
– Любое лицо вправе обратиться в суд, однако это не всегда означает наличие у суда соответствующей юрисдикции. Как я отметил, судебный процесс в суде МФЦА еще не завершен. Суду предстоит выслушать позиции обеих сторон, после чего будет принято окончательное решение. При этом в настоящее время Министерством юстиции ведется работа по внесению изменений в законодательство Республики Казахстан в части признания и приведения в исполнение иностранных арбитражных решений на территории государства. Хотел бы подчеркнуть, что Конституционный закон «О Международном финансовом центре «Астана» наделяет суд МФЦА юрисдикционными полномочиями в отношении вопросов и сторон, имеющих отношение к МФЦА или сторон, пришедших к обоюдному согласию на передачу споров на рассмотрение суда МФЦА.
Напомним, спор между “Газпромом” и “Нафтогазом” касается контрактных обязательств от 2019 года о транзите российского газа. В 2025 году арбитраж в Швейцарии вынес решение.
Ранее вице-министр юстиции Даниель Ваисов сообщил, что «судом МФЦА не рассматривался вопрос по существу спора. Речь идет лишь о признании ранее принятого арбитражного решения, вынесенного в Швейцарии».
