Главное таможенное управление КНР подвело итоги 2022 года: Россия и Китай вплотную приблизились к отметке $200 млрд товарооборота, преодолеть которую планировалось только в 2024-м. Российская Федерация впервые в своей истории вошла в десятку главных торговых партнеров КНР, передает Toppress со ссылкой на Профиль.
Для России же Китай уже несколько лет – торговый партнер №1, и отрыв от преследователей в нынешних внешнеполитических условиях только увеличивается.
Новый год – новый рекорд
Итак, торговый оборот России и Китая в 2022-м увеличился в годовом исчислении на 29,3%, достигнув $190,27 млрд, что стало рекордным показателем для двух стран за все время. Экспорт из России в КНР вырос на 43,4%, составив $114,15 млрд. Импорт из Китая увеличился на 12,8%, дав итоговую сумму $76,12 млрд.
Этот результат стал возможным благодаря сочетанию двух факторов. Первый – глобальные изменения во внешнеторговой конъюнктуре, спровоцированные спецоперацией на Украине и введением западными странами антироссийских санкций. Второй – последовавшее за этими санкциями увеличение цен на энергоносители (прежде всего нефть и газ), являющиеся основой российского экспорта.
Китай закупает российское сырье со скидкой $10–12 за баррель по сравнению со сходными сортами других поставщиков (т. е. дисконт составляет до 20–30% стоимости). Однако этот фактор лишь способствовал увеличению доходов России. Доля отечественной нефти в закупках Китаем в силу привлекательности российской продукции увеличилась до 18–20%, и по этому показателю Россия вышла на первое место среди поставщиков, обогнав Саудовскую Аравию. За счет огромного оборота была обеспечена львиная доля прироста двусторонней торговли.
Аналогичные процессы фиксируются и с другими энергоресурсами. Также со скидкой (порядка 10%) поставляется российский СПГ в формате спотовых партий. Однако основное увеличение поставок газа в Китай связано с тем, что на проектные мощности постепенно выходит трубопровод «Сила Сибири». За 2022 год поставки через него увеличились на 49%, достигнув объема 15,5 млрд кубометров газа (при проектной мощности 38 млрд кубометров).
Крупные скидки на поставки в КНР стали предлагать и российские угольщики. В результате, по данным на конец осени, ввоз угля вырос на 57% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, причем показатели были бы еще больше, но помешала ограниченная пропускная способность железных дорог и дальневосточных портов.
В обратном направлении увеличились поставки промышленных товаров. По некоторым отраслям наблюдался поистине прорывной рост. Импорт китайских автомобилей по итогам года увеличился на 30%. Китайская электроника и бытовая техника заняли первые места в продажах на российском рынке. Доля китайских ноутбуков достигла 45–50% всех продаж.
Можно констатировать, что по большинству потребительских позиций уход из России западных брендов был компенсирован китайскими и российскими аналогами, и в 2023 году эта тенденция только усилится. Так, очевидно, еще больше увеличится доля китайских брендов на авторынке, на перестройку которого потребовалось время. Российские производители, ранее работавшие с Европой, наладят поставки необходимых комплектующих из Китая. В еще большей степени заработает импорт из КНР продукции западных брендов (всяческой кока-колы и тому подобного).
Все это позволяет утверждать, что планка в $200 млрд будет достигнута уже в наступившем году. В 2023–2024 годах товарооборот с Китаем, вероятно, превысит и совокупный объем торговли со странами Евросоюза (пока он по итогам первых десяти месяцев 2022-го составлял $227 млрд), что зафиксирует успех провозглашенного ранее «поворота на Восток».
Что дальше
Рост товарооборота России и КНР крайне важен с точки зрения укрепления российско-китайского стратегического партнерства. Увеличение торговли неизбежно ведет к экономической взаимозависимости, чего раньше не хватало альянсу Москвы и Пекина
Так, к окончанию 2022 года общий объем внешней торговли Китая вырос на 4,4% и составил $6,310 трлн (экспорт из КНР увеличился на 7,0%, до $3,595 трлн, а импорт – на 1,1%, до $2,716 трлн). Как видно, торговля с Россией увеличивается в намного больших объемах, чем в среднем. Потенциал двусторонней торговли еще выше и может оцениваться в сумму $300–400 млрд, причем задача достичь этой планки должна ставиться уже на ближайшее десятилетие-полтора. Напомним, что ничего невозможного в таком увеличении нет – за период 2012–2022 годов товарооборот двух стран увеличился более чем вдвое, с $88 млрд до $190 млрд.
При этом быстрых прорывов, как в прошлом году, ждать уже не стоит. Транспортно-логистическая инфраструктура, задействованная в торговле с Китаем, работает на пределе возможностей, да и цены на энергоносители вряд ли увеличатся так же сильно, как в прошлом году. При самых оптимистичных раскладах можно ожидать роста товарооборота по итогам 2023-го на 15–20%, что тоже очень хорошо.
Сейчас же товарооборот с Россией находится для Китая на уровне таких стран, как Вьетнам ($234 млрд) и Малайзия ($209 млрд). Именно торговля со странами АСЕАН растет темпами, которые можно хоть как-то сравнивать с российскими (11,2% прироста, общая сумма $975 млрд). В то же время торговля со странами Евросоюза увеличилась всего на 2,4% ($847 млрд), с США – на 0,6% ($759 млрд), с Южной Кореей – на 0,1% ($362 млрд), а с Японией и Тайванем и вовсе уменьшилась на 3,7 и 2,5% ($357 млрд и $319 млрд соответственно).
Таким образом, тенденции обозначены и вряд ли изменятся, пока глобальный внешнеполитический расклад характеризуется усиливающимся давлением «коллективного Запада» на страны «мирового большинства». Очевидно, что российская и китайская экономики продолжат сближаться, причем будет расти не только зависимость России от Китая, но и наоборот.
Обе страны сознательно и планомерно диверсифицируют партнерские связи, но взаимодополняемость двух экономик слишком очевидна, чтобы ею не воспользоваться. Россия может массово и относительно безболезненно компенсировать потерю западных товаров только в Китае. А тот, в свою очередь, может получить надежного поставщика относительно дешевых стратегических ресурсов лишь в России (что важно – с коротким логистическим плечом и сухопутной логистикой, что минимизирует риски транспортировки в случае потенциального конфликта с США).
В перспективе достижение планки $300–400 млрд в торговле России и КНР может быть обеспечено, во-первых, по мере развития инфраструктуры восточных регионов страны; во-вторых, в результате увеличения поставок в Китай природного газа: как трубопроводного, так и в виде СПГ. КНР попросту не сможет без российского газа решить амбициозную задачу «зеленого перехода», который должен быть осуществлен в середине столетия. Россия же по-прежнему поставляет по трубопроводному транспорту в Китай в десять раз меньше газа, чем поставлялось в Европу в 2021 году, и потенциал роста тут поистине огромен.
Все это, впрочем, потребует серьезных политических решений и значительных инвестиций. Зато на выходе мы получим не только взаимовыгодное сотрудничество с одной из крупнейших экономик мира, но и подлинное развитие восточных регионов России, превращение их из дотационной периферии в новый полюс роста для всей страны.
