Мало кто из жителей Казахстана не знаком с картиной Марии Лизогуб "Сказка" – удивительно теплой, светлой и даже, можно сказать, уютной. Обыкновенно искусствоведы относят творчество казахстанской художницы к течению соцреализма, но эта ее картина выходит далеко за рамки художественного направления.
Так обыкновенно происходит с действительно важными произведениями искусства – неизбежна ломка привычных шаблонов, бунт и даже эпатаж. Разумеется, в случае с Марией Лизогуб мы имеем в виду первое, для остальных более привычны европейские художники и ваятели – Пикассо, Уорхол, Матисс, Шагал и многие другие.
Так что же такое соцреализм? Вообще, сам термин стал официальным после 1934 года, когда писатель Максим Горький употребил его на Первом съезде советских писателей. В Уставе Союза писателей оно объяснялось как идейное воспитание гражданина Советского Союза в духе социализма, изображение действительности в духе революционного развития. Если в литературе направление соцреализма еще как-то можно было объяснить (пусть топорно, но все же), то в изобразительном искусстве ситуация была совсем печальном. Однако это не помешало государственным деятелям требовать от художников произведений, выполненных в духе соцреализма. Как правило, это были всевозможные агитки и пропагандисткие полотна. Проще говоря, художники соцреализма должны были просто изображать то, что от них требовало государство. А вот насколько то или иное произведение соответствует канонам соцреализма, решали критики, которые чутко ловили настроения верхушки государственной системы. Причем эта критика не была чуткой и объективной, она, как пишет искусствовед Галина Ельшевская, «… могла быть глумливой, уничтожающей, репрессивной. Она вершила суд и утверждала приговор».
Если говорить о жанровой направленности картины, то она, безусловно, относится к бытовому жанру. Он в казахстанском искусстве представлен достаточно обширно, и не последнюю роль в нем играют полотна именно женщин. Так, при упоминании этого жанра на сразу на ум приходит "Дастархан" Айши Галимбаевой – первой профессиональной художницы Казахстана, "Светлая радость моя" Елены Бейсембиновой – невероятно легкая, воздушная по своей красоте картина, "Хамарьяш и цветы" Эмилии Бабад – поэтичное полотно об одном моменте из жизни. Возможно, такое обилие картин, описывающих бытовую сторону жизни связано с тем, что разрушительной войны людям хотелось немного уюта и душевного тепла. И именно в семье большинство из нас их находят – родной дом, близкие люди, истории о детстве и юности, а также сказки.
Так как сказки обыкновенно рассказываются людьми, умудренными большим жизненным опытом (за исключением, пожалуй, прекрасной и молодой Шахерезады), то Мария Лизогуб выбрала "проводником" волшебных историй пожилую женщину в национальном наряде. Возможно, выбранный художницей сюжет имеет проекцию в ее прошлом – детстве и юности.
В произведении М. Лизогуб подкупает искренняя доброжелательность и удивительная точность в отражении традиционного казахского быта, время уже уходившее в прошлое нации, которую художница постигала, благодаря огромному желанию самой понять и принять ее как достояние человеческой культуры. Полотно передает общее состояние от духовного наполнения пространства интерьера самой юрты и той напряженной беседы, что ведется между персонажами. Можно сказать, что автор удивительным образом почувствовала духовное поле казахской традиционной культуры, – искусствовед Халима Труспекова.
В картине Марии Лизогуб происходит так называемая встреча поколений: бабушке передает свои знания внучке, которая, припав к коленям бабушки, внимательно ее слушает. Мы не видим лица девочки, но в ее интересе можно не сомневаться: об этом говорит выбранная девочкой поза. И задумчивый взгляд ее бабушки говорит о том, что она рассказывает своей внучке "историю давно забытых лет" – иначе картина называлась бы не "Сказка", а, допустим, просто "Разговор" или "Рассказ". Термин "поэтика заглавия" применим не только к литературным произведениям, правильное название картины также способно многое рассказать о ней, и приоткрыть завесу, за которой находятся мысли и настроения художника.
Основная идея композиции поддерживается всем строем полотна. Так, традиционная казахская одежда знакова, как и все в пространстве его жилища, она также "повествует" о возрастном статусе женщины и дает ей право на почтительное к ней отношение. Художница трактует это белое традиционное одеяние как символ и мудрости и величественности, и предельной духовной чистоты: тюрбан и кимешек мягко и красиво драпируются, легкие изгибы ткани подчеркивают природное благородство и мягкие черты загорелого лица пожилой женщины, явно не утратившей интереса к жизни. Все полотно пронизано живым огнем взаимной любви и нежности, но нежности, не переходящей грань слащавого сентиментализма, – продолжает Халима Труспекова.
На уровне подсознания каждый, у кого были бабушка или дедушка, проникнется теплым отношением к картине Марии Лизогуб. И вспомнит чудесные истории, рассказанные ими, и вернется на некоторое время в тот чудесный отрезок времени, когда все было легко и просто. Для самой художницы, написавшей картину в 1958 году – через тринадцать лет после опустошающей и ужасной Великой Отечественной Войны, создание такого полотна было крайне необходимо. "Сказка" стала для самой художница волшебным душевным пространством, свободным от ужасов и катастроф двадцатого столетия.
