Заместитель директора Казахстанского института стратегических исследований при Президенте РК Даурен Абен проанализировал ответ президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева о Владимире Путине, прозвучавший на совместном брифинге с канцлером Германии Фридрихом Мерцем в Берлине. По мнению эксперта, высказывание главы государства о российском лидере нельзя рассматривать в отрыве от остальных тезисов его выступления, передает Toppress.kz.
Особое внимание в международном информационном пространстве привлекла формулировка Токаева о том, что Владимир Путин является «наиболее приемлемой политической фигурой» не только для Центральной Азии, включая Казахстан, но также для Европы и всего мира.
По словам Даурена Абен, эту фразу уже трактуют по-разному — от подтверждения особого характера отношений Астаны и Москвы до своеобразного послания европейским странам. Однако, считает эксперт, при оценке заявления необходимо учитывать весь ответ президента Казахстана.
«Первое, что обращает на себя внимание, – личный характер аргументации президента Казахстана. Он подчеркнул, что хорошо знает Путина и считает, что тот обладает необходимыми качествами для руководителя крупного государства со сложной историей и собственным пониманием стратегических целей», — отметил Абен.
Он подчеркнул, что речь в данном случае шла прежде всего о Путине как о политическом игроке и собеседнике, с которым необходимо иметь дело независимо от отношения к российской политике.
При этом эксперт считает, что формулировка «наиболее приемлемая политическая фигура» действительно выходит за рамки обычной дипломатической осторожности.
«Более того, сам Токаев, очевидно, понимал необычность своих слов, добавив: “как это ни странно, может быть, для вас звучит”», — написал Абен.
Вместе с тем, по его мнению, в ответе президента прозвучали положения, которые Казахстан последовательно отстаивает с начала российско-украинского конфликта. В частности, речь идет о приверженности Уставу ООН, уважении территориальной целостности государств, а также уважении к украинскому народу, его истории, культуре и языку.
Отдельно Абен остановился на заявлении Токаева о необходимости «заморозки» войны. По словам эксперта, президент говорил не о немедленном окончательном прекращении конфликта, которое считает нереалистичным в нынешних условиях, а о прекращении военных действий как возможном первом шаге к дипломатическому процессу и переговорам.
«По сути, в Берлине одновременно прозвучали две мысли: необходимость учитывать политическую реальность России и ее руководства и необходимость искать дипломатический выход из войны», — отметил Абен.
Эксперт считает, что позиция Токаева в Берлине является продолжением ранее обозначенной линии Казахстана, а не ее изменением. В качестве примера он привел выступление президента в июле в Омске, где Токаев в присутствии Путина также говорил о необходимости заморозки российско-украинского конфликта и возвращения к переговорному процессу.
Отдельное внимание Абен уделил тому, что заявление прозвучало именно в Берлине. Германия является одним из ключевых сторонников Украины в Европе. При этом канцлер Фридрих Мерц на брифинге подтвердил намерение Берлина продолжать оказывать Киеву военную, политическую, финансовую и экономическую поддержку до тех пор, пока Москва, по его оценке, не будет готова к серьезным переговорам.
При этом Мерц не стал вступать в публичную полемику относительно оценки Токаевым российского президента, обозначив собственную позицию по войне и отдельно отметив ценность контактов казахстанского лидера с Путиным.
«Получился показательный обмен репликами: Казахстан говорит о необходимости сохранять каналы коммуникации с Москвой; Германия – о необходимости давления на Москву для начала серьезных переговоров. Это разные позиции, но они не обязательно взаимоисключающие», — считает Абен.
По его словам, важно учитывать и то, чего Токаев не говорил во время брифинга.
«Он не объявлял российскую позицию по войне правильной, не ставил под сомнение территориальную целостность Украины и не призывал Европу отказаться от своей политики в отношении России. Его тезис был иным: Россия остается важным фактором европейской и мировой политики, а ее руководство – ключевым участником любого возможного процесса урегулирования», — подчеркнул эксперт.
Абен также отметил особую внешнеполитическую позицию Казахстана. По его словам, страну с Россией связывают самая протяженная в мире сухопутная граница, тесные экономические связи и многолетняя институциональная кооперация. Одновременно Казахстан развивает стратегические отношения с Китаем, Европейским союзом, США, странами Центральной Азии и другими партнерами.
В этих условиях, считает эксперт, внешняя политика Астаны предполагает сочетание принципов и прагматизма.
«Казахстан не присоединяется к политике конфронтации с Москвой, но и не отказывается от собственных принципов, прежде всего, суверенитета, территориальной целостности и необходимости дипломатического урегулирования конфликтов», — отметил Абен.
Он также связал позицию Казахстана с вопросами собственной безопасности и экономической стабильности. По его мнению, затяжной конфликт между двумя крупными соседями создает риски для торговли, транзита, инвестиций, энергетики и общей региональной стабильности.
При этом заявления о России прозвучали на фоне переговоров, посвященных развитию казахстанско-германского партнерства. По итогам визита стороны договорились о расширении сотрудничества в промышленности, технологиях, сырьевом секторе и логистике, включая Средний коридор. Были подписаны более 30 коммерческих документов примерно на два миллиарда долларов.
«Казахстан одновременно демонстрирует готовность сохранять прямой диалог с Россией и развивать самостоятельное и содержательное партнерство с Европой», — написал Абен.
По мнению эксперта, оценивать берлинские заявления Токаева исключительно через призму одной фразы о Путине было бы упрощением. Гораздо важнее учитывать совокупность заявлений и практических действий Казахстана.
«В Берлине Токаев одновременно подтвердил приверженность Уставу ООН и территориальной целостности государств, выступил за прекращение военных действий и переход к переговорам, подчеркнул значение отношений с Россией и договорился с Германией о дальнейшем расширении стратегического партнерства», — отметил Абен.
Он заключает, что речь идет не столько о выборе между Москвой и Европой, сколько о сохранении возможности для Казахстана вести диалог со всеми сторонами и одновременно расширять пространство для самостоятельной внешней политики.
