Вместо сложных и дорогих декораций режиссёр использовал незаметную компьютерную графику и дешёвые практические эффекты, пишет TJ.
18 января в прокате стартовала новая картина режиссёра Гильермо Дель Торо, известного созданием уникальных историй с мрачной атмосферой и элементами сказок. Фильм уже отметили на Венецианском кинофестивале и премии “Золотой глобус”, а 21 января стало известно, что картина получила главный приз гильдии продюсеров Америки (PGA), что автоматически делает её возможным претендентом на “Оскар”.
Сначала в идею Дель Торо никто не верил, особенно на фоне еле окупившегося “Тихоокеанского рубежа” (2013) и провального “Багрового пика” (2015). Режиссёр пришёл к Universal с планами сделать ремейк“Создания из Чёрной лагуны”, в котором сюжет крутился бы вокруг девушки, влюбившейся в монстра, но студия от подобной затеи отказалась. Постановщик не отказался от своей идеи и сам профинансировал раннее производство картины: на деньги Дель Торо дизайнеры Legacy Effects создавали секретную лабораторию и разрабатывали костюм Существа на протяжении четырёх лет.
В итоге проектом занялось внутреннее подразделение 20th Century Fox — компания Fox Searchlight, обычно работающая с небольшими экспериментальными или независимыми картинами. Фильму назначили бюджет в 12,5 миллионов долларов, и режиссёр поначалу собирался снимать его в чёрно-белом формате из-за финансовых ограничений. Позднее Fox Searchlight предложила увеличить бюджет до 19,6 миллионов долларов, чтобы фильм был цветным.
Но для реализации всех идей режиссёра этого оказалось мало: как признавался сам Дель Торо, он снимал фильм за 60-70 миллионов долларов, фактически имея в три раза меньше денег. И если о сюжете картины ещё можно поспорить, то насчёт визуальных эффектов большинство критиков и зрителей приходят к одному мнению — это один из самых красивых фильмов, которые они видели.
“Это был ужасный производственный опыт. Мы снимали фильм за 60 или 70 миллионов долларов бюджета, а у нас было только 19,5. Вы не увидите этого в фильме, он безумно красивый, дорогой и поэтичный, но делать его было очень и очень сложно”, – говорит Гильермо Дель Торо
При создании монстра команда фильма по визуальным эффектам комбинировала практические эффекты и компьютерную графику. Актёра Дага Джонса гримировали в существо-амфибию и после этого “дорисовывали” на компьютере детали, которые было бы сложно, дорого и долго делать в реальном мире, например, моргание, движения жабр и свечение на коже.
В некоторых сценах, например, в момент знакомства с Элизой, Существо сделали полностью с помощью графики, потому что костюм не позволял выполнять нужную акробатику в воде.
По словам супервайзера по визуальным эффектам Трея Харрелла (Trey Harrell), который работал с Дель Торо и над другими его проектами, включая сериал “Штамм”, в отличие от “Багрового пика”, у “Формы воды” было в три раза меньше денег и намного меньше времени на производство. Картину сняли всего за 12 недель c предварительным производством около трёх месяцев и пост-продакшном в целый год. В Голливуде с такой скоростью обычно снимают 200-миллионные блокбастеры.
“Форму воды” снимали в перерыве между третьим и четвёртым сезоном сериала “Штамм”, где Дель Торо значится как сценарист, исполнительный продюсер и создатель шоу. Харрелл отметил, что для экономии денег при производстве фильма режиссёр воспользовался павильонами, арендованными для сериала, в перерывах между его съёмками.
Команда избавлялась от декораций для шоу и выстраивала на том же месте интерьеры для “Формы воды”. Оператор картины Дан Лаустсен рассказывал, что около 95 процентов фильма сняли на студии, а в сценах с дождём его пришлось добавлять искусственно из-за зимней погоды в Канаде.
Для подводных кадров Дель Торо использовал очень старую технику съёмки, известную как “сухое для мокрого”. Её суть сводится к тому, что благодаря работе со светом и дымом получается эффект, как будто герой находится под водой, хотя съёмка ведётся в сухой студии.
В случае с “Формой воды” для дополнения иллюзии специалисты по графике добавляли пузыри, течение, водоросли и другие элементы подводного мира. При этом, по словам Трея Харрелла, у команды не было цели сделать этот эффект фотореалистичным, а скорее, наоборот. Таким образом хотели показать, где проходит грань между фантазиями Элизы и реальностью.
