Проблема конфискации вагонов по приговорам суда перешла в разряд системных, передает Toppress.kz со ссылкой на Atameken.kz.
Участились обращения в Национальную палату предпринимателей по вопросу оказания содействия в выработке правоприменительной практики при конфискации вагонов в судебном порядке. Как рассказали в ведомстве, речь идет только о товарных поездах, если преступление происходит в пассажирском поезде, то никто его не конфисковывает.
К примеру, ТОО "Премиум ойл транс", которое не могло вернуть конфискованный в доход государства судом Жылыойского районного суда Атырауской области вещественное доказательство в виде вагона-цистерны. Ущерб при этом составил около 9 миллионов тенге.
Примечательно то, что 2019 году по указанной проблеме в "Атамекен" обратились ТОО "Премиум Ойл Транс", Казахстанская Ассоциация Перевозчиков и Операторов вагонов (контейнеров), АО "Олжа" и другие.
Помимо этой проблемы предприниматели также обращаются в "Атамекен", жалуясь на органы уголовного преследования, которые не уведомляют о принятом решении о приобщении вагонов в качестве вещественного доказательства, и суды, не выясняющие дальнейшую судьбу вещественных доказательств.
Данные проблемы "Атамекен" озвучил в письме председателю судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда в апреле 2019 года, на совещании в Верховном Суде, а также на личном приеме у председателя Коллегии по уголовным делам 20 июня текущего года.
В итоге Верховный Суд 24 сентября отменил решение в части конфискации вагона-цистерны ТОО "Премиум ойл транс".
Как заключают представители НПП "Атамекен" есть надежда, что и остальные операторы смогут решить проблемы с конфискацией своих вагонов.
Напомним, что операторы железнодорожных вагонов заключают договоры с Грузоотправителями на оперирование вагонами для перевозки грузов и получают заявки на подачу вагонов.
В пути следования вагоны задерживаются до принятия по делу процессуальных решений, а в некоторых случаях до вынесения приговора по делу и его исполнения. Это в среднем составляет от 10 до 18 месяцев.
Органы уголовного преследования выносят постановление о приобщении задержанных вагонов к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств в виде орудия преступления.
В последующем приговором суда Грузоотправитель признается виновным в транспортировке, приобретении, хранении нефти и нефтепродуктов без документов, подтверждающих законность их происхождения (ст.197 УК РК), вагоны конфискуются в качестве орудия уголовного правонарушения согласно ч.3 ст. 118 УПК РК.
Представляется, что обращения предпринимателей заслуживают должного внимания.
Так, в п.20 Нормативного постановления Верховного Суда "О некоторых вопросах назначения уголовного наказания" № 4 от 25.06.2015г. указано, что относимость имущества к предметам конфискации на основании положений части 3 статьи 113 УПК является обстоятельством, входящим в предмет доказывания.
В этой связи при решении вопроса о конфискации, в том числе оформленного на третьих лиц, суды в обязательном порядке должны проверять доказательства, которые обосновывают происхождение этого имущества и средств, на которое оно приобретено. Если по делу отсутствуют сведения о преступном характере происхождения имущества, конфискация имущества не назначается.
Однако указанные требования Нормативного постановления при рассмотрении дел данной категории и принятии решения по приговору о конфискации вагонов в должной степени не соблюдаются.
Операторы (собственники) вагонов не привлекаются в качестве участников уголовного процесса ни на стадии досудебного расследования, ни на стадии судебного разбирательства. Тем самым не устанавливается их степень причастности к совершенному преступлению.
Согласно вышеуказанного Нормативного постановления Верховного Суда конфискация может быть обращена лишь на то имущество, которое находилось в собственности осужденного или третьих лиц, добыто преступным путем либо приобретено на средства, добытые преступным путем, а также на имущество, являющееся орудием или средством совершения уголовного правонарушения.
Если по делу отсутствуют сведения о преступном характере происхождения имущества либо имущество вообще не установлено, конфискация имущества не назначается.
Согласно п.3 ст. 43 Закона "О железнодорожном транспорте" грузоотправитель несет ответственность, предусмотренную законодательством за достоверность сведений, внесенных в накладную, а также за все последствия неправильности, неточности или неполноты сведений, указанных им в железнодорожной транспортной накладной.
В этой связи принятие судами решений по приговору о конфискации вагонов как орудия правонарушения при отсутствии вины Оператора вагонов, по мнению Национальной палаты, является несправедливым, поскольку наносит существенный материальный вред предпринимателю-собственнику имущества.
