Бизнесмен из списков Forbes Kazakhstan, основатель Freedom Holding Corp. Тимур Турлов поделился со своими подписчиками в социальной сети мнением о курсе тенге и политике Нацбанка РК. На его взгляд, найти «эффективные и сбалансированные» решения, которых от монетарного регулятора, по мнению Турлова, ждут и руководство страны, и бизнес, и население, «сложно, но вполне реалистично», передает Toppress со ссылкой на Forbes.kz.
«В первую очередь, следует критически осмыслить тот режим денежно-кредитной политики обменного курса, который мы внедряем вот уже девять лет», — считает бизнесмен. Он уверен: переход к инфляционному таргетированию не снизил инфляцию и сделал тенге менее обесцениваемым. Напротив, кредиты стали дороже, темп ослабления [тенге] — выше «при сопоставимом уровне инфляции, который никогда не достигал таргета».
Турлов считает, что «львиная доля успеха свободно плавающего тенге связана с теми периодами, когда курс в силу разных факторов был стабилен или даже укреплялся». И что ЕНПФ, скупающий валюту на открытых торгах, «вносит своими действиями существенный дисбаланс на рынок, способствует в том числе и более быстрому обесценению тенге».
«Самое время для контрциклической политики, — уверен Турлов. — К сожалению, мы видим, что процентный канал неэффективен, на него не реагирует почти никто». При этом бизнесмен уверен, что «копировать опыт центрального банка России не лучшая опция». «Россия не может проводить активные интервенции, так как ограничена в возможностях использовать свои золотовалютные резервы (…) — поясняет он. — Да и не все механизмы, которые работают в больших экономиках, подходят для малых [экономик]. Примером может стать уже упомянутое инфляционное таргетирование. Настолько эффективно [оно] работает в экономике США, как и странно работает у нас». Спикер считает, что правительству и Нацбанку пора прекратить перебрасывать друг другу «мяч ответственности», им необходимо начать действовать вместе.
Сокращение госрасходов на фоне неработающих механизмов приведет не к удвоению ВВП, а к его сокращению в реальном выражении на фоне ослабления валюты, продолжает бизнесмен.
«Насколько наш рынок способен отражать изменения текущего счета, изменяя спрос и предложения? И какова роль спекулятивных факторов формирования валютного курса и инфляции в нашей стране? Кажется, что движения по счету капитала, такие как покупка валюты для того же пенсионного фонда или продажа ее из Национального фонда, оказывают на наш рынок гораздо большее влияние, чем изменение торгового баланса. И это тоже на самом деле фактор, который не позволяет курсу складываться на каких-то равновесных экономических значениях. Тем временем спекуляции крупных экономических агентов и квазигоскомпаний по-прежнему вносят значительный вклад в неопределенность на валютном рынке. Нельзя все время защищать наших производителей, обесценивая труд наших сограждан, а именно это и происходит при ослаблении тенге», — говорит Турлов.
Мажоритарий Freedom Holding Corp. считает, что «пришло время обратить внимание на иные модели управления валютным и денежным рынком». Он приводит в пример Азербайджан, Вьетнам, Армению, Китай, ОАЭ, где курсы валюты «в той или иной форме управляемые, плавающие или вообще близкие к фиксированному курсу» и Национальный банк активно вмешивается в торги.
«Возможно, нам стоит отойти от политики совсем свободного плавания и сделать колебания курса более управляемыми со стороны регулятора и более прогнозируемыми для участников рынка. Гарантировав большую валютную стабильность, можно будет смело сократить дифференциал в процентных ставках с 7-8% до 2-3% к ставкам Федрезерва США, как в том же Азербайджане. У нас заживет рынок, деньги будут брать не только на финансирование торговли и госзаказы. Иначе мы так и останемся в ловушке политики своих соседей и импортерами их инфляции. Защитить же национальную экономику возможно и нетарифными методами», — уверен Турлов.
Напоминается, что казахстанская валюта начала слабеть по отношению к доллару в среду, 27 ноября: в обменных пунктах Алматы и Астаны цена на «американца» доходила до 510 тенге. На следующий день, 28 ноября, поднималась до 520 тенге за доллар, официальный курс на эту же дату составил 499,51, на 29 ноября — 513 тенге за доллар. В пятницу же, 29 ноября, Нацбанк поднял базовую ставку на 1 п. п. — с 14,25% до 15,25% (заседание Комитета по денежно-кредитной политике, где приняли это решение, к слову, было плановым). На брифинге после этого председатель НБРК Тимур Сулейменов объявил: с 16 по 28 ноября монетарный регулятор потратил на валютные интервенции более $1 млрд, или 2,5% от золото-валютных резервов Казахстана, и это были единственные за последние два с половиной года — с мая 2022-го — интервенции со стороны НБРК. Теперь курс формирует рынок.
