Легковой автомобиль иностранного производства на дорогах СССР был редким явлением. Как ни одна другая вещь он позволял подчеркнуть статус ее владельца, передает Toppress.kz со ссылкой на Russian7.
О редкости иномарок в Советском Союзе может свидетельствовать хотя бы тот факт, что Владимир Высоцкий, по данным московского ГАИ, был единственным на тот момент в столице владельцем «Мерседеса».
Обладателями экзотического в стране товара долгое время были ограниченные категории населения, в числе которых дипломаты, артисты, чиновники, спортсмены, летчики. Только с наступлением перестройки купить себе иномарку мог любой обладающий нужной суммой денег. В большинстве случаев нелегально.
Одним из первых, кто начал пользоваться в СССР иностранным автомобилем был Ленин, разъезжавший с водителем на «Роллс-Ройсе» из императорского гаража.
Но первым владельцем иномарки следует назвать Владимира Маяковского, привезшего в конце 1920-х годов из Парижа «Рено».
Долгое время иномарка в СССР была скорее штучным товаром. Многое изменилось в 1959 году, когда «Американская национальная выставка» в Сокольниках продемонстрировала посетителям продукцию своего автопрома. Выставочные экземпляры так и не вернулись на родину и были проданы иностранным дипмиссиям, а через некоторое время машины достались наиболее состоятельным гражданам СССР.
Иномарки в СССР имели разное происхождение. Это были трофейные, полученные по ленд-лизу, подарочные или покупные автомобили. На трофейных машинах разъезжали маршал Жуков и композитор Богословский.
Последний приобрел свой кабриолет Steyr только по спецразрешению Молотова.
Один из основных каналов поступления иномарок в СССР шел через дипломатов. Когда приходило время переезда дипломата за рубеж он сдавал автомобиль в специальный комиссионный магазин, через который его могли купить другие граждане. Так иномарки появились у актера Андрея Миронова и космонавта Алексея Леонова.
Нередко иномарка преподносилась в качестве дорогого подарка. Юрий Гагарин, проявлявший интерес к хорошим машинам, но не имевший возможности их приобрести, получил в дар от французского автопроизводителя спорткар Matra Bonnet. А Галине Улановой Пьер Карден подарил «Ситроен ДС».
В большом количестве всевозможную «автоэкзотику» везли моряки. Они сильно рисковали, так как за рейс разрешено было провезти только один автомобиль. В портовых городах – Риге, Одессе, Калининграде, Мурманске – иностранные автомобили были не такой уж редкостью.
Более широкому распространению иномарок в СССР поспособствовало снижение в конце 1970-х годов таможенных пошлин на подержанные автомобили. Этим воспользовались артисты, которые активно везли «секонд-хенд» на родину.
Именно знаменитости, в отличие от «подпольных миллионеров», могли открыто демонстрировать свои приобретения и, в отличие от чиновников, свободно выбирать машину, а не получать ее по разнарядке.
Артисты во время зарубежных гастролей как правило покупали иномарку за честно заработанную валюту, оплачивали таможенные сборы, получали разрешение от Министерства культуры и ставили машину на учет.
Иномарка была не только объектом гордости автовладельца, но и предметом постоянных хлопот. Гражданин, законно приобретший иностранный автомобиль, в течение года не имел право его продавать, за исключением случаев, когда машина попадала в ДТП.
Кроме этого, подержанные иномарки на отечественных дорогах быстро ломались, а найти запчасти было целой проблемой.
Владелец понимал: нужно избавляться от автомобиля, пока он еще что-то стоит.
Машины продавали на «фестивале» – так в народе называли открытую площадку купли-продажи автомобилей, расположившуюся в столичном «Южном порту». Зачастую сумма, которую выручал автовладелец от сделки не только в разы превышала затраты на покупку и растаможку автомобиля, но и выгодно отличалась от суммы прописанной в документах.
В 1980-х годах авторынок «Южного порта» приобрел откровенно криминальную репутацию. Там заправляла так называемая Южнопортовая ОПГ, представленная выходцами с кавказского региона.
Глава ОПГ Николай Сулейманов персонально курировал «фирменную» 11 секцию комиссионки, через которую проходили иномарки. Иногда Сулейманов и партнеры занимались настоящим разбоем, заставляя автовладельцев «дарить» понравившиеся автомобили.
Нередко проблемы с иномарками приводили к курьезным случаям. Так, известный фигурист Алексей Уланов, удачно продавший Oldsmobile Tornado 1969 года выпуска, ненадолго отлучился, оставив на сиденье автомобиля сумку с вырученными деньгами. Покупатели не растерялись и ударили по газам, неожиданно быстро справившись с диковинной автоматической коробкой передач.
Однако на МКАДе машину заклинило, виной чему стал недостаточный уровень моторного масла.
Печальная судьба постигла ярко-красный «Джавелин», который в Сан-Франциско приобрел Исаак Дунаевский. По доверенности на этой машине ездил сын композитора Максим. Ездил до тех пор, пока автомобиль не стал рассыпаться. С «Южным портом» Дунаевский младший решил не связываться и бросил иномарку возле гостиницы «Украина». Там она и простояла до очередного коммунистического субботника, пока сознательные граждане не сдали изъеденный ржавчиной заморский металлолом в переплавку на завод «Серп и молот».
Среди советских политиков особой любовью к иностранным авто отличался Леонид Ильич Брежнев. В его гараже были: Rolls-Royce, Lincoln Continental и несколько Cadillac. Одной из жемчужин собрания генсека был необычный 4-дверный спортивный седан Maserati Quattroporte первого поколения, подаренный ему в 1968 году руководством итальянской компартии.
Среди людей искусства отличался Иван Дыховичный. В 70-е годы он владел двумя породистыми спортивными купе.
Первой иномаркой режиссера была белая Alfa Romeo 1750 GTV, ранее принадлежавшая жене посла Аргентины. На смену 4-цилиндровой Alfa Romeo пришел еще более дорогой и скоростной 6-цилиндровый Fiat Dino с мотором Ferrari мощностью 180 л.с. Эту машину режиссер приобрел с помощью знакомого механика из гаража итальянского посольства.
С наступлением 1980-х информация о новинках иностранного автопрома стала активнее проникать на отечественный рынок. Практически каждый год зарубежные производители устраивали в СССР «внешнеторговые выставки». Но если в первой половине 80-х на «виртуальном рынке» доминировала европейская автотехника, в первую очередь немецкая, то во второй половине 80-х смелее о себе стали заявлять японцы.
Желающих купить иномарку становилось все больше, а вот законно приобрести ее было все также сложно. Как следствие – процветание черного рынка зарубежных автомобилей, который к середине 1980-х достиг угрожающих масштабов.
В результате «андроповских чисток» 1983-84 годов за подпольную торговлю иностранными автомобилями наказание понесли десятки человек.
В этом деле засветилось имя экс-министра МВД Николая Щелокова, у которого были обнаружены три «Мерседеса» и один «БМВ».
С началом перестройки хватка правоохранительных органов ослабла, что открыло путь к массовому завозу иномарок. Первый крупный, пока еще нелегальный канал поставок автомобилей был налажен из Японии. На грузовых судах в СССР переправлялись подержанные Toyota и Nissan.
Власти не могли закрывать глаза на незаконный импорт автотранспорта, но и препятствовать этому было уже невозможно. В марте 1988 года принимается «Инструкция» о порядке перемещения через границу СССР автомобилей и другого автотранспорта, которая позволяла советским гражданам фактически беспрепятственно ввозить в страну различные виды транспортных средств для личного пользования.
Поток автомобилей увеличивался лавинообразно. Статистика, опубликованная в постсоветский период, показывает, что в 1990 году в страну было завезено 34700 легковых автомобилей, а в 1991 году – уже 56300. В сентябре 1991 года, за несколько месяцев до распада Советского Союза, «Автоэкспорт» начал официальный ввоз легковых иномарок в СССР.
