Московский университет запустил проект «Диалог о настоящем и будущем»: эксперты МГУ из разных областей в прямом эфире обсуждают со зрителями вызовы новой реальности. В рамках этого проекта декан философского факультета Владимир Миронов посвятил свое выступление опасностям глобальной цифровизации: от когнитивных искажений и подмены реального мира виртуальным до перспективы тоталитарного цифрового общества, передает Toppress.kz со ссылкой на knife.media.
Возвращение к дописьменной культуре
Когда при появлении любого вопроса достаточно нажать на кнопку и получить ответ, некоторые функции памяти оказываются невостребованными. В итоге у современного человека закрепляется игровое алгоритмическое мышление: он сначала делает, а потом думает. Как в игре: если перед вами внезапно появился враг, вы должны тут же его убить, и только после можете над этим поразмыслить.
Всё это возвращает нас к периоду дописьменной культуры: как когда-то заметил [исследователь коммуникации, автор термина «глобальная деревня»] Маршалл Маклюэн, первичным становится изображение, а не текст. Но текст стимулирует аналитические навыки, работу с понятиями, или, как сказал бы Платон, подключает ум, а аудиовизуальная информация — не стимулирует или стимулирует в меньшей степени за счет простоты усвоения образа.
Электронная культура делает жизнь более удобной, а человек от комфорта никогда не отказывается. В итоге мы настолько привязываемся к техническим средствам, что уже не можем ехать на машине без навигатора и чувствуем дискомфорт, если забыли дома телефон.
Американские ученые провели любопытное исследование, согласно которому не смартфон является периферийным устройством, а мы стали периферийным устройством смартфона.
79% опрошенных американцев берут в руки смартфон сразу после пробуждения; 68% — спят с телефоном; 46% респондентов уверены, что не могут жить без гаджетов. В рамках исследования ученые провели эксперимент: они отбирали у людей их смартфоны и смотрели, что будет. Больше пяти часов не выдерживал никто. То есть люди погружены в бесконечный информационный поток, а это — форма манипуляции сознанием.
Пещера с гаджетами и вайфаем
Интернет, отфильтрованный на основе нашего цифрового следа, превращается в тоннель — узкий спектр явлений и мнений. В итоге человек оказывается внутри сформированной алгоритмами реальности. Ему кажется, что выбирает он, а на самом деле выбирают за него.
Эти вещи в каком-то смысле предсказал Платон. В своей знаменитой притче в «Государстве» он описывает людей с оковами на ногах и на шее, которые с детства сидят в пещере, не могут сдвинуться с места и даже повернуть голову, а взгляды их направлены на тени на стене, которые находящиеся снаружи люди и предметы отбрасывают в свете костра. И это существование основано на привязанности: «Такие узники в пещере целиком и полностью принимают за истину тени предметов», то есть сконструированную реальность воспринимают как настоящую.
Современная пещера — это пространство глобальной коммуникации. И попробуйте доказать, что мы не в мире теней.
Платон ставит мысленный эксперимент. Он говорит: что будет, если мы освободим человека, снимем с него оковы и позволим ему смотреть не на огонь в пещере, а на солнце за ее пределами? И тут же отвечает: «Не считаешь ли ты, что это крайне его затруднит, и он подумает, будто гораздо больше правды в том, что он видел раньше?»
То есть, грубо говоря, мы вырвали человека из современной виртуальной пещеры, а ему некомфортно. На улице дождь или жара — лучше я в пещере посижу, посмотрю на тех, кто мне нравится, забаню тех, кто не нравится, — и всё будет хорошо. Наша зависимость от цифровых технологий влияет на наше поведение, и в итоге мир уподобляется компьютерной игре, в основе которой лежат алгоритмы, а это не так уж безобидно.
Тоталитарное цифровое общество
Глобальная цифровая пещера — снова скажу непопулярную вещь — может выступить моделью нового тоталитарного общества. Томас Уотсон-младший, один из руководителей компании IBM, в 1937 году получил высочайшую награду от Гитлера — орден Заслуг германского орла. Получил за работу филиала его фирмы в Германии: там была создана вычислительная машина, которая помогала вести учет цыган и евреев с целью их дальнейшего уничтожения — им присуждались определенные номера, с которыми потом работали в концлагерях. Это тоже «форма цифровизации». Когда всем раздают номера или браслеты, людьми потом очень легко управлять. Поэтому при внешне сохраняющейся свободе человек всё больше передает власть Системе.
В условиях самоизоляции мысли о контроле приходят в голову сами собой. Конечно, есть разумное обоснование — так мы боремся с вирусом. Тем не менее можно задуматься, а не навсегда ли это? В такой ситуации очень важны философские размышления о развитии культуры, потому что главная функция философии — предупреждение.
И я предупреждаю о тех вещах, которые могут сопровождать научно-технический прогресс, чтобы потом не чесать голову подобно Оппенгеймеру после того, как сбросили бомбу на Хиросиму. Будучи ученым, он прекрасно понимал, что начинает работать не над рождественской игрушкой.
Чем выше уровень технологического производства, тем выше должна быть гуманистическая составляющая. Человек, по сути, самоцель общественного развития. Поэтому именно общество должно просчитывать последствия развития того же искусственного интеллекта, цифровизации, вводить ограничения и этический контроль.
